Светлой памяти моего деда Карлова Петра Никитовича и всех земляков, погибших за наше будущее, посвящается

«Всё боится времени, но время боится пирамид». Поговорка, попавшаяся в книжке, Петьку удивила. Пирамиды он в учебнике по истории видел, но не задумывался, что время их не берёт. Надо же…пять тысяч лет среди знойных песков, и не страшны им ни ветра, ни дожди...
У них в селе самый старый деревянный Никитинский храм. Но до пирамид ему далеко, постройке меньше двухсот лет. Село постарше будет. Дед его от своего деда слыхал, что еще кочевые татары разоряли дома бортников.

Мысли перебила кукушка. Высунувшись из своего домика, прокуковала семь раз. Пора табун колхозный в ночной выпас собирать. Лошадей Пётр обожал, считал их чудом природы. Поработать пастухом на каникулах согласился с радостью. В подпаски ему трёх парнишек дали. Сдружились, вечеряли у костерка. Иногда скачки устраивали, купали коней, самые смелые жеребцов объезжали. Рабочую скотину старались хорошо накормить. Лошадкам целый день трудиться предстоит.

Лето летело кубарем к холодам. Петька страдал, в школу не хотел. Кулигин, председатель, уговорил окончить девятилетку, и обещал место конюха. Слово сдержал.

На конюшне Петька дневал и ночевал. Несколько лет пролетели мухой. На его глазах жеребята входили в силу. Кобылы и мерины старились, помирали, других отправлялись «на колбасу». Время не щадило любимых животных.

⠀Время и Петру нарисовало морщинки у глаз, выбелило виски. Соседская детвора дядькой кличет. Двадцать пять исполнилось – по крестьянским меркам солидный мужик. Женат, дважды отец. В округе его уважают, недавно в сельсоветчики хотели выдвинуть. А что он там забыл? Он волю любит, коней, скорость и ветер…

…Ветер, ледяной до одури, дул с севера. Зима 1942 года выдалась свирепой. В окопе было холодно. За шиворот сыпался колючий снег. Пётр разбудил задремавшего Серёгу Холодая. Ждали приказ наступать.

– Эх, Петька, попали мы в мясорубку, – сокрушался земляк. – Не до жиру, быть бы живу. У немца-то силищи, а у нас Москва за спиной.

– Справимся, сосед! – нахмурился Пётр. – Скоро очистим землю от нечисти, и по домам. Посевная не за горами.

⠀В атаку бежали цепью, проклиная врага и весь его вражеский род. Солдаты падали и поднимались, многие оставались на поле. Метель заносила их снегом. С годами, они, безвозвратные потери, стали «стали просто травой, землёй».

Серёга вернулся с войны. Пётр погиб в Ржевской битве…

Время, которое боится пирамид, оказалось не властно над подвигом русского солдата. И над памятью время не властно.

Недавно под Ржевом открыли мемориал. У памятника-воина полы плащ-палатки разлетаются стаей журавлей. Журавли скорбят о Петре и всех павших солдатах Великой Отечественной войны.

Елена АЗАРОВА

Карлов Петр Никитович, 1916 г.р., призван Чернским РВК Тульской области 12.10.1941 г. Воинское звание: красноармеец 1257 с/п 379 с/д, Калининский фронт. Пропал без вести 3.02.1942 г. в районе леса (урочища) деревни Лужки Погорельского района Калининской области.

Источник информации: ЦАМО на сайтах «Мемориал» и «Память народа»