Чернь в 1941-м: кто-то спасал раненых красноармейцев, кто-то изымал у селян все зерно
фото: «Заря.Чернский район»
Наше издание уже рассказывало читателям о том, что происходило в 1941 году на оккупированной территории Чернского района, когда группа советских граждан согласилась служить немцам, и о том, как после освобождения района от фашистов сотрудники госбезопасности искали и изобличали этих пособников. Всю эту ценную информацию мы почерпнули из материалов пресс-службы Управления ФСБ России по Тульской области. Музейщики, краеведы, поисковики, библиотекари, просто любители истории просили нас вернуться к этому проекту: напомнить и основные события оккупационного периода, и поделиться какими-то новыми деталями, уточнениями, что мы и делаем.
29 апреля 1942 года. В этот день оперуполномоченный Чернского районного отделения Управления НКВД по Тульской области пообщался с уроженцем и жителем чернского же села Синдеево Борисом Кузнецовым.
ДОСЬЕ
Борис Максимович Кузнецов. Родился в 1888 году. Беспартийный. Не судим. Работал председателем колхоза «Коммунар» Синдеевского сельсовета. Состоял в браке, воспитывал 6 детей.
Чекистов интересовало: знает ли собеседник Ивана Андреевича Чистякова? Борис Максимович сказал, что знает, но мало: «Взаимоотношения у меня с ним нормальные, ссор или личных счетов не имел и не имею». О том, что Чистяков в 1941 году был каким-то образом связан с оккупационными властями, Кузнецов узнал от бывшего председателя сельсовета Василия Леоновича Гудкова, которого, правда, на момент разговора сотрудника госбезопасности с Кузнецовым уже не было в живых… В изложении Гудкова дело было так.
…Декабрь 1941-го. Гудков приехал к Кузнецову, и не с пустыми руками! Привез приказ немецких оккупационных властей – с требованием выслать две подводы для нужд германской армии.
– Этот приказ привез из Черни Иван Чистяков, – пояснил Гудков Кузнецову.
В том же месяце все тот же Гудков собрал всех председателей колхозов Синдеевского сельсовета и заявил: «Чистяков привез приказ немецкого командования о конфискации всего скота, зерна и транспорта и отправке всего в Чернь в течение 24 часов». Значило это одно, хотя и не прозвучало открыто – мирных людей ждет мучительный голод и, скорее всего, кто-то умрет. Вот только нацистов это не волновало вообще никак. А после этого Гудков зачитал Кузнецову и другим собравшимся приказ, в котором говорилось, что за его невыполнение – расстрел… «Гудков вручил нам этот приказ под расписку и велел его выполнять». Кузнецов на допросе в 1942-м уточнил, что он выполнил только один приказ – об отправке подвод. Вот, собственно, этот приказ, как говорится, в натуре.
Приказ по Чернскому Районному Земельному Управлению
На основании приказа Командования Германской Действующей Армии председателям колхозов и председателю Каверинского сельсовета ПРИКАЗЫВАЮ:
1. 8/XII 1941 года в г. Чернь к зданию Сельхоз-Комендатуры обеспечить доставку 12 пароконных упряжек лошадей с санями и 12 людей-подводчиков, обеспечив их – как людей, так и лошадей продовольствием на 10 суток – за счет колхоза.
2. Люди должны быть обеспечены теплой одеждой в возрасте от 18 до 40 лет мужчины – ни в коем случае не посылать женщин и инвалидов. Предупреждаю, что люди и подводы мобилизуются на службу Германской Армии и за невыполнение настоящего приказа виновные несут перед Командованием Германской Армии суровую ответственность вплоть до расстрела.
РАЙАГРОНОМОМ (подпись) /КЕЛЬВЕС/
Но не только одними пособниками, конечно же, известен Чернский район. Жили там и в оккупацию достойные люди, и немало. Так, в Государственном архиве Тульской области нам попался документ под названием «Разбор апелляций по Чернскому РК ВКП(б)». В нем говорится о Голомысовой Анне Ивановне.
«1912 года рождения, кандидат в члены ВКП(б) с апреля 1940 года, кандидатская карточка № 2884808, служащая, образование низшее. До оккупации района работала директором универмага. В настоящее время работает заведующей столовой. Решением Бюро Чернского РК ВКП(б) от 15 августа 1942 года за самовольное пребывание в тылу врага и несохранение кандидатской карточки Голомысова из партии исключена. Голомысова из района эвакуироваться не успела, проживала в поселке Чернь. Помогала раненым красноармейцам – носила им хлеб и пищу, перевязывала раны. Никакой помощи немцам не оказывала. Кандидатскую карточку сохранила в земле, кандидатская карточка оказалась дефектной». И вот чем завершился тот разбор: «Отменить решение Бюро Чернского РК ВКП(б) от 15 августа 1942 года об исключении из партии Голомысовой Анны Ивановны. Предложить Чернскому РК ВКП(б) оформить выдачу партдокумента т. Голомысовой Анне Ивановне взамен дефектной карточки № 2884808» (из протокола № 235 заседания Бюро Тульского обкома ВКП(б) от 15 декабря 1942 года).
Подготовил Сергей МИТРОФАНОВ