Бежин луг: прошлое и настоящее 16.12.2017 16:30:00

Бежин луг: прошлое и настоящее

«И сегодня приходят люди к берегам Снежеди на Бежин луг, без которого трудно представить Россию».
В февральской книжке журнала «Современник» за 1851 год вышел рассказ И.С. Тургенева «Бежин луг». Известно, что события рассказа происходили на берегах реки Снежедь в Чернском уезде Тульской губернии.
Снежедь считается одной из красивейших малых рек средней полосы России. Протекает она с северо-востока на юго-запад почти через весь Чернский район. Протяженность ее составляет 74 км.
Первое описание реки Снежедь встречается в «Книге Большому Чертежу» за 1627 год: «А ниже Мценска пала в Зушу 15 верст речка Снежедь, а вытекла речка Снежедь из Куликова поля, из-под Новосильские дороги, что лежит дорога с Ливен и из Новосили на старую Крапивну от Черни верст в 12».
В этом же году среди помещиков на Снежеди упоминаются Лутовиновы: «За Первым Степановым сыном Лутовиновым, жеребей деревни Парахиной Акулининское тож, по обе стороны речки Снежеди, пашни паханные добрые, сена по реке по Снежеду сто сорок пять копен». Усадьба, которой владел Лутовинов, находилась недалеко от Снежеди, на Хвощеватом верху, а «для хоромного и дровяного лесу» ему предписывалось «въезжать в большой в Черный лес».
В том же 1627 году другой Лутовинов, Марк Трофимович, получил в поместье деревню Чаплыгино, что на речке Малом Снежеде, правом притоке Снежеди. В 1766 году деревню Чаплыгино купил у своего племянника, надворного советника Ивана Кирилловича Лутовинова, капитан лейб-гвардии Преображенского полка Иван Андреевич Лутовинов, и деревня получила второе название – Ивановское.
В 1833 году деревня Чаплыгино (Ивановское тож) принадлежала Варваре Петровне Тургеневой и находилась «на левой стороне речки Малого Снежеда на коей пруд, дом господский деревянный и сад с плодовитыми деревьями. При сельце мучная мельница об одном поставе». За ней же 15 дворов с 66 душами мужского и 72 душами женского пола.
Деревня Чаплыгино – это не что иное, как сельцо Колотовка, описанное И.С. Тургеневым в рассказе «Певцы». Е.Н. Левина в работе «Образ матери писателя в цикле рассказов «Записки охотника» («Спасский вестник» №11) справедливо предполагает, что В.П. Тургенева могла послужить прообразом помещицы Стрыганихи в рассказе «Певцы».
На плане Генерального межевания 1778 года территория современного Бежина луга указана так: «Рудинская пустошь Бригадира Ивана Андреевича Лутовинова». Прилегающую к лугу «пустошь Федотову, что под Руденским болотом», бригадир Иван Андреевич Лутовинов купил в 1782 году у секунд-майора Николая Петровича Протасова.
Все эти землевладения перешли затем к Варваре Петровне Тургеневой, матери писателя. В «Экономических примечаниях Чернского уезда» за 1833 год встречаем первое подробное описание Бежина луга: «Пустошь Рудинская, что под Руденским болотом, Полковницы Варвары Петровой дочери Тургеневой. Речки Снежеди на правой стороне. Пашни 37 десятин, сенных покосов – 22 десятины, лесу – 10 десятин, неудобных мест – 2 десятины 20 сажень, всего 71 десятина 1833 сажени. Земля серо-глинистая, на коей из посева родится лучше рожь, овес, греча, просо и пшеница, а прочий хлеб и сенные покосы средственны, лес дровяной, ивовый, осиновый и березовый, в нем звери, зайцы, волки, птицы, тетерева и разного рода мелкие, в полях перепела и жаворонки».
Как видим, топоним Бежин луг не встречается в официальных документах, нет такого названия и на топографических картах. В советский период выдвигалось предположение о том, что Бежин луг служил пристанищем для беглых крепостных крестьян и поэтому получил такое название. Но это предположение малоубедительно – среди местных жителей не сохранилось никаких преданий о том, что Бежин луг был местом сбора беглых крестьян. Нет тому и документальных подтверждений. Более предпочтительно предположение тургеневеда Н.М. Чернова, что луг назван по фамилии некогда бывшего владельца, но и среди владельцев луга помещики Бежины не встречаются.
В пяти верстах от Бежина луга находилась деревня Бежина, принадлежавшая коллежскому регистратору Николаю Петровичу Сухотину, родственнику Тургеневых. А рядом с деревней находился большой кусок земли, который носил название пустоши Бежиной или Бежин верх, и принадлежала та земля Варваре Петровне Тургеневой.
И.С. Тургенев не мог об этом не знать, так как за деревней Бежино начинались знаменитые Троицкие леса, где неоднократно охотился писатель.
Исходя из этого, можно предположить, что И.С.Тургенев сознательно поменял некрасивое название луга Рудинское болото на более благозвучное Бежин луг, и название это прижилось.
По раздельному акту между братьями Бежин луг в 1855 году отошел к Николаю Сергеевичу Тургеневу. Бежин луг встречается в переписке Н.С. Тургенева с управляющим Порфирием Константиновичем Маляревским. В письме от 3 июля 1876 года П.К. Маляревский сообщает о буре в селе Тургенево 1 июля 1876 года: «Многоуважаемый и многолюбимый дядя Николай Сергеевич. Долго-долго не было дождя – жара стояла ужасающая. Часа в 3 дня по направлению от Черни встала смоляная туча. К шести ее ветром разорвало надвое, и половинки пошли в обход Тургенева. Правая половина тучи, зайдя от Бежина луга, вдруг ринулась с страшным ветром к левой уже ушедшей половине… Все разразилось над Тургеневым и ушло над котловиною Снежеда с его оврагами… У меня были совершенно скошены Стрелица и Бежин. На Малом Снежедке прошло все благополучно, но на Большом скошенного сена как не бывало. На Петровской мельнице утонул сам мельник и тургеневский крестьянин Кирила Павлов».
После смерти Н.С. Тургенева Бежин луг, славившийся заливными лугами и лесными выгонами, принадлежал родственнику Тургеневых Порфирию Константиновичу Малярев-скому, а затем его дочери Анне Порфирьевне Лауриц.
В 1908 году общество крестьян деревни Стекольная Слободка через земельный банк выкупило Бежин луг у прежних хозяев. В первые годы советской власти территория Бежина луга входила в колхоз «Венера», и площадь его равнялась, примерно, 30 гектарам.
Но на беду Бежина луга в его холмах нашли залежи известняка, который без дальнейшей переработки шел на строительство дорог. Первые попытки разработки гравийного карьера относятся к 1930-м годам. Активно карьер на Бежином луге стали осваивать после Великой Отечественной войны, когда начались большие восстановительные работы. Самый пик работ относится к 1960-м – началу 1970-х годов. Только за 1971 год Чернским дорожным управлением с Бежина луга было вывезено 12 тысяч кубометров гравия.
Попытка прекратить разработку карьера на Бежином лугу относится к 1969 году, когда Тульский облисполком принимает решение о признании Бежина луга памятником местного значения (таковым он и числится до сего времени).
Выход из создавшегося положения был найден очень простой: территорию Бежина луга сократили с 60 до 18,5 гектара, т.е. до территории собственно луга. Лугу присвоили название «Культурное пастбище №7 колхоза имени И.С. Тургенева», а карьеру дали название «Карьер Бежин луг» и продолжили добывать гравий.
Только 8 января 1973 года постановлением Чернского РК КПСС разработку карьера на Бежином лугу решили прекратить. И тут же решили Бежин луг благоустроить – гусеничными тракторами спланировали его территорию, через весь луг прокопали траншею для устройства поливных полей, посадили деревья на его склонах.
Но остановить трагедию Бежина луга было уже поздно. Потоки песка, глины и щебня, устремившиеся из гравийного карьера на Бежин луг, нарушили естественную дренажную систему, луг начал заболачиваться.
Учитель-краевед А.Ф. Поляков писал, что именно «сочетание воды, леса, луга и холмов создавали славу Бежина луга». Нынешний Бежин луг, конечно, мало напоминает тургеневский. Мельниц на Снежеди, что обеспечивали ее ширину, нет, лес вокруг Бежина луга вырубили, гравийный карьер уничтожил высокие холмы. Все это привело к тому, что даже у тургеневедов появились сомнения: «А этот ли луг – Бежин?».
Игорь Смольников в своей книге «Середина столетия» (1977 год) написал: «На самом деле луг вовсе не огромный, река Снежедь отнюдь не поражала шириной, «страшных бездн» тоже нигде не замечалось».
В отличие от И. Смольникова Яков Хелемский, побывавший на Бежином лугу летом 1943 года, писал: «А в дни всенародной беды все, что пленяло в классических описаниях, наяву и с особой силой вливалось в душу, облагораживало и укрепляло ее, – это память о Бежином луге».
В. Зайцев


Возврат к списку

Написать в редакцию